История канализации Москвы
Страница 1

Доставить воду к вашему столу – это еще полдела. Но представьте себе, что все, что сливается из вашей квартиры – жир с ваших тарелок, грязь с ваших руки и, извините, отходы вашего пищеварения – попадало бы обратно в реку, то есть туда же, откуда она попадает в ваши чайники и кастрюли? Не напрягайте воображение – после этого вам, возможно, никогда не захочется пить воду из-под крана.

А ведь в те времена, с которых мы начали свой экскурс, именно так и было. Нечистоты выливались прямо на улицы, они просачивались в почву и загрязняли воду питьевых колодцев, издавали зловоние, способствовали распространению болезней.

Разумеется, власти пытались с этим бороться. Исторические летописи указывают, что еще в XIV веке в Москве были вырыты подземные каналы для отвода сточных вод. К 1367 году относится постройка водосточной трубы от центральной части Московского Кремля до Москвы-реки.

Во времена Петра Великого появился Указ «О наблюдении чистоты в Москве и о наказании за выбрасывание сору и всякого помету на улицы и переулки». Он обязывал жителей города «весь мусор, навоз и мертвечину возить за Земляной город, от слобод в дальние места, засыпать землею». Ослушников же надлежало приводить в приказ Земских дел и «за первый привод бить батоги, за другой бить батоги ж да пени имать по пять рублей, за третий привод бить кнутом да пени имать по десять рублей». (Тогда это были большие деньги.)

Позже Екатерина II своим указом повелела «накрепко запретить и неослабно того наблюдать, чтобы в Москву-реку и протчие через город текущие воды никто никакого сору и хламу не бросал и на лед нечистот не вывозил».

Тем не менее, загрязнение рек, ручьев и прудов продолжалось, берега водоемов заваливались мусором и отбросами. Речка Неглинная уже в 1787 году была настолько загрязнена стекавшими с улиц нечистотами, что вода ее считалась непригодной для употребления.

Для борьбы со всем этим безобразием была организована ассенизационная система, ничего общего не имевшая с современной канализационной и знакомая сегодня лишь деревенским жителям. Нечистоты и хозяйственные отбросы собирали в «выгребах» и «помойницах». Затем, через определенные промежутки времени отбросы вывозили особым транспортом – так называемыми ассенизационными обозами.

Состоял такой обоз из нехитрых телег с кадками или бочками с высокими черпаками. С полуночи, когда улицы становились свободными, и до раннего утра этот нехитрый транспорт вывозил нечистоты из города, нередко расплескивая из открытых бочек «благоуханное» содержимое. В тишине спящего города раздавался невообразимый грохот – это проезжали по булыжным мостовым золотари на телегах, обода колес у которых были железными (позже телеги стали делать на резиновом ходу). Жители роптали, и Городской Думе приходилось «устраивать» схему движения ассенизационных обозов так, чтобы их маршрут не проходил по одним и тем же улицам дольше полутора-двух месяцев.

Историк М.М. Богословский в своих мемуарах писал:»… рабочие ассенизационных обозов, грязные, обыкновенно крайне плохо одетые, совсем оборванцы, – это занятие было уже последним делом, к которому приводила крайняя нужда, – были предметом юмористики московских обывателей. Их называли «ночными рыцарями», «золотарями», очевидно, по ассоциации контраста. А когда, бывало, обоз из нескольких бочек мчится наподобие пожарных по улицам… иной веселый обыватель орет во все горло этим обозникам; «Где пожар? Где пожар?»

Подобные же картины рисует в своих воспоминаниях историк Ю.А. Бахрушин:»… на козлах, укрепленных длинными пластичными жердями к ходу полка, тряслись «золоторотцы», меланхолически понукая лошадей и со смаком закусывая на ходу свежим калачом (пшеничная булка в форме замка с тонкой дужкой-ручкой была придумана московскими булочниками для «ночных рыцарей». Булка съедалась, а запачканная дужка-ручка выбрасывались) или куском ситного. Прохожие тогда отворачивались, затыкали носы и бормотали: «Брокер едет…» (брокар – от слова «брокать», т.е. «бросать»).

Днем обозы располагались в специально устроенных ассенизационных дворах (парках). В Покровском, Калужском и Северном обозных конных парках во второй половине XIX в. насчитывалось 435 лошадей, в Спасском и Сокольническом ассенизационных парках – 169, до 300 лошадей – в конных обозах частных подрядчиков. Но эти парки не справлялись с вывозом отбросов из города.

Страницы: 1 2

Конституционные основы государства Либерия
Провозглашение республики знаменовало окончание первого, колониального, по оценке самих либерийцев, периода истории Либерии. С принятием конституции, утверждением герба и флага наступил следующий этап — период самостоятельного развития страны. Согласно Основному закону Либе. За период с 1820 по 1847 г. в колонию приехало 4,5 тысячи пер ...

Слово «Рутения».
«Столицей Рутении, Южной (!), - читаем мы в одной из итальянских газет,- был тысячу лет тому назад Киев. В X и XI веках Рутения представляла собой сильное государство .» Не только в X веке, но даже и в XX веке имя «Рутения» в России неизвестно; вы его не найдете - как не найдете и слова «рутен» ни в вышеприведенном словаре Даля, ни в со ...

Космодемьянская Зоя Анатольевна "Её звали Таня"
Очень трудно разбираться в героических поступках. Не покидает ощущение, что своим невольным вмешательством ты бросаешь легкую тень недоверия и подозрения. Пытаясь осмыслить чужие подвиги, ты невольно ставишь себя на место героя и задаешься одним вопросом - а ты смог бы повторить такое? Еще труднее анализировать чужой поступок, если вооб ...