В то время как на Дворцовой площади завершалось победоносное восстание, в Смольном в 10 часов 40 минут открылся II Всероссийский съезд рабочих и солдатских депутатов. По своему составу съезд был многопартийным. Из 649 делегатов, прибывших к открытию, 390 были большевиками, 160 – эсерами, 72 – меньшевиками, 27 – представителями других мелкобуржуазных партий [3]. Джон Рид оставил нам описание съезда: «Мы вошли в огромный зал заседания, проталкиваясь сквозь бурлящую толпу, стеснившуюся у дверей. Освещённые огромными белыми люстрами, на скамьях и стульях, в проходах, на подоконниках, даже на краю возвышения для президиума, сидели представители рабочих и солдат всей России. То в тревожной тишине, то в диком шуме ждали они председательского звонка» [7]. Съезд открыл Ф.И. Дан: «Власть в наших руках, а в это время наши товарищи находятся в Зимнем дворце под обстрелом, самоотверженно выполняя свой долг министров, возложенный на них ЦИК» [2]. Прошли выборы президиума съезда. Итог – 14 большевиков во главе с В.И. Лениным, 7 эсеров, 3 меньшевика и 1 интернационалист [4].

«После этого старый ЦИК покидает трибуны и его место занимают Троцкий, Каменев, Луначарский, Коллонтай, Ногин… Весь зал встаёт, гремя рукоплесканиями. Как высоко взлетели они, эти большевики, — от непризнанной и гонимой секты всего четыре месяца назад и до величайшего положения рулевых великой России, охваченной бурей восстания» [7]. Но неожиданно послышался новый шум, более тяжёлый, чем шум толпы, настойчивый, тревожный шум — глухой гром пушек. Начался штурм Зимнего дворца. На сцену один за другим поднимались солдаты, которые говорили о том, что армия недостаточно представлена на съезде, и, кроме того, она не считает съезд Советов необходимым в настоящий момент, т.е. всего за три недели до открытия Учредительного собрания. «…Так как обстрел Зимнего дворца не прекращается, то городская дума вместе с меньшевиками, эсерами и исполнительным комитетом крестьянских Советов постановила погибнуть вместе с Временным правительством. Мы присоединяемся к ним! Безоружные, мы открываем свою грудь пулемётам террористов…» - кричал Абрамович. Пятьдесят делегатов поднялись со своих мест и стали пробираться к выходу.

Каменев размахивал председательским звонком, крича: «Оставайтесь на местах! Приступим к порядку дня!» Троцкий встал со своего места. Лицо его было бледно и жестоко. В сильном голосе звучало холодное презрение. «Все так называемые социал-соглашатели, все эти перепуганные меньшевики, эсеры и бундовцы пусть уходят! Все они просто сор, который будет сметён в сорную корзину истории!…» [7]

Вскоре пришло известие о взятии Зимнего дворца и аресте министров Временного правительства.

Начало бури
Вот не понравилось наше широкое агитаторство станицам Баталпашинской, Невинномысской и Отрадной, Барсуковской, Вознесенкой. И начали они по лозунгам офицеров, как те им начали говорить, что, мол, большевики хотят у вас землю отнять и вас будут убивать, а ваших жен заберут и изнасилуют. Теперь, в марте месяце 1918 года, 10 числа явилась ...

Босния и Герцеговина в 1878—1914 гг.
Оккупация Боснии и Герцеговины Австро-Венгрией (1878—1908) имела двоякие последствия. С одной стороны, широкий прилив австрийского и венгерского капитала, строительство необходимых путей сообщения способствовали росту промышленности. Вовлечение Боснии и Герцеговины в систему австро-венгерских торговых связей вызывало рост товарооборота ...

Вооруженное восстание
Утром 24 октября состоялось экстренное заседание ЦК партии большевиков. Было решено привести революционные силы в боевую готовность, немедленно открыть типографию «Рабочий путь», установить контроль над почтой и телеграфом, организовать продовольственное дело, создать запасной штаб в Петропавловской крепости, информировать москвичей. Чл ...