Беседы о религии, включенные в “Московию”, своего рода отчет Поссевино об исполнении религиозной миссии в Москве. Иван IV долго уклонялся от обсуждения религиозных вопросов под тем предлогом, что споры о вере помешают укреплению дружественных связей между Москвой и Римом: “ . мы о том говорити не хотим для супротивных слов, что вам за досаду наши речи, и мы для того и говорити не хотим, чтобы розна меж нас с папою за то и гневу не было и любовь бы наша, что почалась меж папы Григория с нами, тем не порвалася” (ПДС, т. X, с. 302). Тем не менее диспуты О вере состоялись 21, 23 февраля и 4 марта. Поссевино, надеясь на свой талант опытного проповедника, думал в публичной дискуссии разбить доводы “московитов”, не искушенных, по его мнению, в богословии. Поссевино сделал запись этих бесед, но внес в нее только то, что считал нужным. Интересно сравнить эту запись с русскими источниками (ПДС, т. X, с. 298 — 326). Поссевино представляет беседы с русским царем как своего рода проповедь, прерываемую изредка возражениями Ивана IV, которые иезуит легко опровергает. Судя же по русским источникам, Иван IV взял инициативу в диспутах в свои руки, обвиняя “наместника бога на земле” в неуважении к святыням: “ .в том в первом нашей вере хрестьянской будет рознь: в нашей вере хрестьянской крест Христов на врага победа и поклоняемся ему . у нас того не ведетца крест ниже пояса носити” (ПДС, т. X, с. 303), в гордыне и забвении апостольских заповедей, поражая иезуита знанием священного писания и обширными цитатами из него. В конце диспута Грозный в ответ на многоречивые доводы иезуита в гневе сказал: “Который папа не по христовому учению и не по апостольскому преданию почнет жити, и тот папа волк есть, а не пастырь”. Поссевино в своих записях из соображений дипломатии выпускает последние слова и пишет о продолжении диспута, в то время как в русских источниках значится: “И посол Антоней и престал говорити, коли деи уж папа волк, мне что уж и говорити” (ПДС, т. X, с. 307—308). Запись бесед о религии убедительно свидетельствует о поражении, которое потерпел искушенный в тонкостях европейской дипломатии иезуит, столкнувшись с твердой позицией русского царя в религиозной политике.

Перевод выполнен по изданию: Historiae Ruthenicae scriptores exteri saeculi XVI, v. II. Berl.—Petr., 1842, p. 308—316.

А.Д. Градовский о положении и перспективах дворянства и крестьянства в пореформенной России
У Градовского требование гражданских свобод – центральное в его программе – никак не соединяется с задачами социально-экономических перемен. Поднятые народнической мыслью проблемы пореформенной деревни с ее малоземельем и пролетаризацией крестьянства не нашли у него никакой – пусть даже самой общей поддержки. Он попросту отмахнулся от н ...

Публичное право по законам Ману
По преданию, когда мир не имел царя, люди в ужасе разбежались в разные стороны. Тогда Брахма назначил людям царя. Царь обладал совершенными качествами, он был подобен богу, но собственно богом не являлся. Царь имел абсолютное право суда, сбора налогов, издания нормативных актов. В помощь царю назначалось 7-8 советников, знающих Веды бр ...

Матросов Александр Матвеевич
С легендой о Александре Матросове я познакомился еще в детском садике. Тогда я выучил стихотворение "Подвиг Александра Матросова" и читал его с большим выражением на каждом детском утреннике и имел большой успех. Таким образом, память об этом подвиге осталась у меня на всю жизнь. Но все мы взрослеем и проходим жизненные универ ...