Первое, обращающееся непосредственно к истокам ислама, отвергающее его позднейшие интерпретации, наслоения и искажения, возникло в Афганистане, как и в других странах Востока, в качестве реакции средних городских слоев на колониальную эксплуатацию, на кризис политической власти и господствовавшей идеологии, а позднее к этому прибавился антикоммунизм, причем антикоммунизм в политических взглядах и практической деятельности фундаменталистов постепенно приобрел доминирующее значение. Идеологи и руководители исламского фундаментализма, как правило, не представляли традиционную религиозную верхушку исламского общества. Многие из них не имели базового религиозного образования. Так, основатель ассоциации «Братья-мусульмане» Хасан аль-Банна был преподавателем средней школы, сыном часового мастера, а основатель фундаменталистской организации «Джамаат-и-Ислами» в Пакистане Маудуди — журналист, выходец из семьи адвоката. Наиболее радикальный и последовательный идеолог и практик афганского фундаментализма Г. Хекматьяр имел незаконченное высшее техническое образование. Сердцевиной фундаменталистских течений в различных странах распространения ислама, в том числе в Афганистане, являются не богословы, а богословствующая интеллигенция. Афганские фундаменталисты обвиняли в невежестве и предательстве ислама традиционную исламскую элиту, как поддерживавшую угнетательские режимы, противопоставляя ее богословским концепциям «чистый» ислам, т. е. ислам эпохи пророка Мухаммада и первых четырех «праведных» халифов.[93]

Фундаменталистское движение в Афганистане не едино. Исламская партия Афганистана (ИПА) и ИСОА — его крайне правый фланг, Исламское общество Афганистана (ИОА), а также отчасти ИПА Ю. Халеса — более прагматичная середина. Часть движения во главе с М. Наби Мухаммади (ДИРА) — старым антикоммунистом и фундаменталистом примкнула к традиционалистам, но в сущности оставалось фундаменталистской. Проиранская афганская шиитская оппозиция, стоящая особняком от суннитской оппозиции, имеет также фундаменталистский характер, но со своими шиитскими особенностями.[94]

В рядах традиционалистов объединились представители правящей элиты времен монархии, высших эшелонов прежних госаппаратов, крупной феодальной буржуазии, бывшего генералитета, пуштунской родоплеменной знати, видные улемы, шейхи, пиры и хазраты. Традиционалисты активно использовали исламскую риторику, декларируя необходимость создания исламского государства, но вкладывали в это понятие иной, нежели фундаменталисты смысл. В исламском государстве традиционалистские лидеры отводят исламу и мусульманским богословам ведущую роль в идейно-политическом обеспечении деятельности в принципе светского режима, который обязан руководствоваться положениями ислама при наставнической роли традиционной мусульманской элиты. Традиционалистская оппозиция в силу своей обращенности в прошлое, своих социальных корней не выдвинула никаких сколько-нибудь новых или оригинальных, светских или религиозных концепций государства, отвечающих происшедшим в афганском обществе изменениям.[95]

Фундаменталистские организации

Сразу же после Апрельской революции Пакистан превратился в плацдарм, откуда вооруженные отряды оппозиции начали войну против нового правительства в Кабуле. Здесь спешно создавались многочисленные афганские оппозиционные организации самого различного толка. Особенно быстро они появлялись после того, как США, ФРГ, Англия, Франция, КНР, Япония, Иран, арабские страны открыто увеличили материальную и иную помощь афганской оппозиции. В Пакистан со всех концов мира ринулись сотни афганских эмигрантов, торопившихся объявить себя моджахедами, «борцами за веру», использовать ситуацию в личных интересах, тем или иным способом выбиться на поверхность политической жизни, получить доступ к помощи.[96]

Среди тех, кто оказался в Пакистане, были действительно идейные противники национально-демократического строя в Афганистане, ставившие перед собой определенные политические цели и боровшиеся за их достижение. Но подавляющее большинство составляли политические авантюристы, дельцы, спекулянты, «жулики, летевшие в Пешавар и другие центры, где находились эмигранты, как пчелы на мед». Быстрый рост количества разношерстных оппозиционных организаций, в том числе и мнимых, вызвал тревогу у руководства основных фундаменталистских организаций, поскольку это подрывало их влияние среди афганских беженцев, ставило под угрозу их монопольное право на получение и распределение зарубежной помощи, поставок оружия, снаряжения, продовольствия.

Появление конкурентов заставило фундаменталистов, и в первую очередь ИПА и ИОА, начать борьбу против политических нуворишей. В результате фундаменталистам удалось утвердить свое влияние среди афганской эмиграции в качестве основной ударной силы оппозиции. ИПА и ИОА – самые влиятельные партии в оппозиции.[97]

Политическая борьба в России в конце ΧVІІ века
Страна с почти пятнадцатью миллионным населением, отрезанная от морей, занимала к началу петровского времени довольно скромное место в международной жизни. В целом в то время для России состояние мира было скорее исключением, а война - жестоким правилом. Во время войны России и Речи Посполитой из-за Украины Швеция напала на Речь Поспол ...

Индустриализация и коллективизация в Украине: ход и последствия.
Отказ от новой экономической политики означал серьезный поворот в первую очередь во внутренней политике большевиков. Они избирают курс на „ускоренное социалистическое строительство”, и именно политика „социалистической индустриализации” должна была принести успех сталинскому курсу „великой перестройки”. „Мы отстали от передовых стран на ...

Воробьёв Иван Алексеевич
Одним из немногих туляков, дважды удостоенных высокого звания Героя Советского Союза, является Иван Алексеевич Воробьев. Он родился 26 августа 1921 года в деревне Горбачеве Одоевского района Тульской области, в семье крестьянина. Детство и юность Ивана Алексеевича пришлись на бурные годы первых пятилеток, когда закладывался фундамент б ...