Одно из наиболее неожиданных явлений, вызванных мировой войной, - украинский сепаратизм. Подготовленное нашими противниками, но нежданное даже для нас, русских, явление это застало западноевропейское общественное мнение совершенно врасплох. На страницы газет Запада ворвались небывалые названия - ucraini, ruteni, lituani, piccoli, grandi e bianchi russi - и ряд голословных утверждений о том, что в древности юг России жил отдельной жизнью, что Киев был столицей не России, а какой-то Рутении, что в XVII веке существовало независимое казачье государство (stato Cossaco). Читатели не знали, как относиться к этим заявлениям. Одни поверили в существование украинского народа и в естественность освобождения его, наряду с польским, от иноземного - русского - господства. Другие с недоумением спрашивали себя: «Что это за тридцатимиллионный народ, живущий не где-то в безбрежных пространствах Сибири, а по соседству с Австрией? На его территории лежит хорошо известный нам Киев и будто бы также и Одесса, столь легко нам доступная. Как же мы ранее никогда не слыхали о его существовании?»

Есть люди, которые все ещё верят, что вильсоновский принцип самоопределения народностей может пройти в жизнь во всей своей теоретической чистоте. Мы, напротив, убеждены, что при практическом осуществлении этого принципа в бывшей Российской империи племенное начало потеряет свое исключительное значение: противовесом ему явятся иные факторы (экономическая выгода, необходимость совместной обороны от германского мира, вековой навык к общей жизни с русским народом и пр.); мы думаем, что обособление даже неславянских частей России, как-то: Литвы, Эстляндии или Грузии, примет в конечном выводе смягченную форму местной автономии.

Но станем на минуту на вышеуказанную точку зрения чрезмерно теоретичных людей; тогда относительно Украйны явится следующая дилемма:

· если украинский народ действительно существует и живет столетиями под гнетом северной России, то будущее его определено: подобно другим «угнетенным», он должен образовать независимое государство - конечно, в пределах своих истинных, а не преувеличенных этнографических границ;

· если же, напротив, малороссы (украинцы) лишь ветвь единой русской народности, отличающаяся от великорусской её ветви небольшим различием в языке (различием, создавшимся на глазах истории) и подробностями обычаев; если в известные периоды существования этой ветви судьба ее, в силу внешних, международных условий, слагалась отлично от судьбы остальной России; если к тому же Украйна, оторванная от единого русского тела, никогда самостоятельной не была - то выделение её в отдельное государство было бы не осуществлением национального принципа, а нарушением его.

Национальное начало выразилось ныне не в выделении составных частей больших народностей, а в достижении каждой из этих народностей полного единства. Новые славянские государства объединяют единоплеменные народности разных наречий и даже языков; побежденная Германия - и та на пути достижения полного национального объединения; Италия блестяще завершила свое единство; было бы по меньшей мере нелогично, если бы для русского народа национальная идея выразилась в отделении его Mezzofiorno (бытовое название юга Италии - Ред.).

Автор задался целью проследить историческую судьбу юга России, дабы, основываясь на неоспоримых свидетельствах первоисточников и суждениях столпов русской историографии, представить западноевропейскому читателю очерк действительных взаимоотношений южной и северной части России и дать ему материал для разрешения вышеуказанной дилеммы. Выполнение этой задачи должно было слагаться:

1. из рассмотрения периода дотатарского, то есть периода первоначального единства России, который закончился отторжением Южной и Западной Руси татарами, Литвой и Польшей и зарождением в единой русской народности малороссийской её ветви;

"Успехи"
Экономические итоги коллективизации были плачевными: за четыре года первой пятилетки валовые сборы зерна снизились - по официальным подсчётам - с 733,3 млн. ц. (1928) до 696,7 млн. ц. (1931 - 1932). Урожайность зерна в 1932 году составляла 5,7 ц/га против 8,2 ц/га в 1913.[11] Но партия добилась того, что в продолжение каких-нибудь трёх ...

Начало гражданской войны. Белый Урал
Боевые действия гражданской войны на Урале можно разделить на два основные этапа: Май 1918- весна 1919 годов. Весна – лето 1919 года. С мая по ноябрь 1918г. боевые действия шли с перевесом антибольшевистских сил за несколько недель белочехи и примкнувшие к ним антибольшевистские отряды очистили от Красного террора Дальний восток, Сибирь ...

Движение Сопротивления: партизаны, подполье
В период лета 1941- осени 1944 г. на украинских землях шло сопротивление врагу. Борьба с оккупантами имела разные формы: большевистское партизанское движение и партийно-комсомольское подполье, деятельность структур ОУН-УПА, а также стихийное сопротивление. Согласно директивам ЦК ВКП(б) от 29 июня и 18 июля 1941 г , в захваченных против ...