Теперь в Долгом парламенте осталось по списку около восьмидесяти членов. Все они были индепенденты. Теперь препятствий к суду над королем прак­тически не осталось.

15 декабря было решено перевести короля в Винд­зорский замок, где его поместили под двойной охра­ной. Стража несла службу днем и ночью, число лич­ных слуг его было сокращено до предела. Один из офицеров круглые сутки обязан был находиться ря­дом с королем. Прогулки можно было производить только по террасе замка.

Однако и этих предосторожностей индепендентам показалось недостаточно. Из города были удалены все «злонамеренные», все, кто подозревался не толь­ко в связях, но даже просто в симпатиях к роялистам, а заодно и все бродяги и бездельники, которые могли устроить смуту и таким образом способствовать по­бегу короля.

В Уайтхолле, королевском замке, теперь заседал Совет армии. Замок, некогда пышный и богатый, те­перь больше напоминал казарму. На роскошных ко­ролевских постелях под балдахинами спали офицеры.

По свидетельству многих современников, когда речь заходила о суде над королем, Кромвель начинал колебаться и требовал вначале судить главных пре­ступников — лордов Норича, Кэпелла и некоторых других, которые развязали вторую гражданскую войну.

Один из «кавалеров» 21 декабря писал: «Разная мелкота из левеллеров более всего жаждут смерти короля, но теперь — странно сказать — меня увери­ли, что Кромвель отступился от них, его и их планы несовместимы, как огонь и вода. Они замышляют чистую демократию, а он — олигархию; оказывается, их дикую ремонстрацию и планы лишить короля жиз­ни он поддерживает только для того, чтобы заставить левеллеров обнаружить все свои зловредные принци­пы и намерения; что, раскрывшись, они станут еще более отталкивающими и отвратительными, и так бу­дет легче подавить их .».

25 декабря Кромвель еще предлагал сохранить королю жизнь, если тот пойдет на определенные усло­вия. Но, по всей вероятности, на него постоянно ока­зывалось большое давление (офицерами? некоторыми парламентскими республиканцами? — многое в этом вопросе неясно по сей день), поскольку уже на сле­дующий день Кромвель говорил членам палаты об­щин: «Если бы кто-нибудь раньше предложил сверг­нуть короля и его потомков, я счел бы его величай­шим предателем и бунтовщиком. Но Провидение воз­ложило это на нас, и мне не остается ничего, кроме как подчиниться воле божьей, хотя я и не готов еще высказать вам свое мнение на этот счет».

Тем не менее, 23 декабря палата общин приняла постановление привлечь короля к судебной ответст­венности. Правда, для того, чтобы постановление палаты общин приобрело силу закона, требовалось согласие лордов. Но лорды категорически отказались дать его. Граф Манчестер в своем выступлении за­явил, что абсурдно обвинять короля в измене парла­менту, поскольку только король имеет право созывать или распускать его. Граф Нортумберленд сказал, что еще можно поспорить, кто первым развязал граждан­скую войну — король или парламент.

Таким образом, палата лордов в составе двенадца­ти человек единогласно отказалась подписывать по­становление о привлечении короля к судебной ответ­ственности и, мало того, отложила заседания на це­лую неделю.

И тогда, чтобы найти хоть какой-нибудь выход из создавшегося положения, 4 января палата общин при­няла три резолюции:

«1. Народ, находящийся под водительством божь­им, является источником всякой справедливой власти.

2. Общины Англии, собранные в парламенте, бу­дучи избраны народом и предоставляя его, имеют высшую власть в государстве.

3. То, что общины объявят законом в парламенте, должно иметь силу закона, хотя бы ни король, ни лор­ды не согласились на это».

Основание поселения Монровия
Следующая попытка создать поселение для афро-американцев была предпринята в декабре 1821 г., когда у мыса Месурадо бросил якорь американский военный корабль «Алигатор». С одним из вождей местных племен под угрозой применения оружия была заключена сделка. Для переселенцев выделялась территория в 13 376 кв. км. За отчужденную землю вождь ...

Правила ношения орденов
Золотые награды высших достоинств носили в допетровской Руси на золотых нагрудных цепях, остальные пришивались на одежду17. В XVIII- начале XIX в. полагалось носить только один (высший) знак каждого ордена, снимая знак низшей степени и возвращая его в Капитул. Правила ношения орденов много раз изменялись и окончательно были установлены ...

Образованность.
Жалобы на недостаток грамотных, образованных людей, которые раздавались в конце удель­ной эпохи, повторялись и в XVI веке. На церковном соборе 1551 года было заявлено, что кандидаты на священство и дьяконство «грамоте мало умеют», а на вопросы архиереев объясняют: «мы де учимся у своих отцов и у своих мастеров, а инде де нам учиться нег ...