Пришедший на смену Токугава новый политический режим оказался в трудном положении. Во главе императорского правительства стояли два человека, которых можно охарактеризовать как ярких представителей обуржуазившегося дворянства: Окубо Тосимити и Кидо Такамаса. Оба они были по происхождению самураями низшего ранга и по родственным связям близки торговой буржуазии [29, с. 51]. Основной целью этих первых лидеров нового правительства явилась ликвидация политической раздробленности Японии, заимствование современной военной техники и административной структуры у Запада, но при этом сохранение привилегий дворянства.

Однако сколько-нибудь быстрое осуществление этой даже весьма ограниченной программы реформ также было связано с большими трудностями. Силы, свергнувшие сёгунат Токугава, отличались разнородностью и представляли собой конгломерат различных и часто противоположных по своим интересам классов. Против Токугава выступали, в основном, три силы:

1) крестьянство, боровшееся против феодального строя;

2) слабая и еще неорганизованная буржуазия, выступавшая почти целиком под дворянским плащом рядовых самураев, защищавших их интересы;

3) феодальная знать — политические соперники Токугава [25, с. 128].

Коалиционные войска представляли собой временный блок второй и третьей из указанных выше антитокугавских сил. Однако победа этих войск была целиком обусловлена наличием самостоятельно действовавшей первой революционной силы — крестьянства. Свергнувший сёгунат коалиционный блок был временным блоком буржуазии и феодальных князей. После победы в этом непрочном объединении началась внутренняя борьба, происходившая на фоне не прекратившихся крестьянских волнений. Крестьяне не ощутили никаких перемен от замены сёгуна Кейки на императора Мэйдзи, и продолжало бороться против жестокой эксплуатации.

Если в 1866 году за год до свержения сёгуна в Японии было зарегистрировано 17 крупных восстаний со многими десятками тысяч участников, то через год после падения сёгуната, в 1869 году было отмечено 42 крупных крестьянских восстания [16, с. 51]. Об их размахе дает представление тот факт, что в ряде случаев отдельные крестьянские отряды объединялись в армии численностью до 200—250 тысяч человек. Только превосходство вооружения (особенно, артиллерии) и общей организации спасало правительственные войска от разгрома.

Крестьянская война и необходимость укрепления власти стала одним из важных стимулов в проведении реформ. Нередко это вызывало разногласия между профеодальными и пробуржуазными группами внутри императорского правительства. Следствием этого стало то, что последующее осуществление буржуазных реформ зачастую принимало незавершенный, ограниченный характер. Поэтому и сама революция в японской и мировой историографии получила название "незавершенной буржуазной революции Мэйдзи".

Проведённые в Японии после 1868 года реформы оказались весьма выгодны не только зарождающимся капиталистическим элементам, но – в значительно большей степени – и бывшим феодальным князьям, которым они дали возможность и остаться у кормила государственного правления, и безболезненно превратиться в членов финансовой олигархии, вкладчиков банков, владельцев промышленных предприятий [1, с. 67].

1868 год положил начало ряду реформ, приведших к коренным изменениям в областях экономики, политики, культуре и социальных отношений. Они носили буржуазный характер и способствовали превращению Японии из феодальной страны в капиталистическую.

Как известно, характер любой революция определяется тем, к какому классу переходит власть. Особенностью буржуазной революции в Японии являлось то, что пришедшее в результате падения сёгуната новое правительство не было создано самой буржуазией. В это правительство вошли представители феодального класса — члены императорской фамилии, придворная знать (кугэ), даймё н наиболее влиятельные самураи юго-западных княжеств Сацума, Тёсю, Хидзэя, Тоса, сыгравшие важную роль в свержении сёгуната. Во главе правительства стал принц Арисугава. Сама японская промышленная буржуазия как политическая сила была ёще слаба. Она не могла непосредственно взять власть в свои руки, но её интересы выражали вошедшие в правительство даймё и особенно самураи юго-западных княжеств, тесно связанные с буржуазией и сами в значительной степени обуржуазившиеся. В то же время, владея землей, они были заинтересованы в сохранении эксплуатации крестьянства. Двойственность интересов этих слоев дворянства послужила 6азой для дальнейшего создания монархического помещичье-буржуазного блока, заинтересованного в капиталистическом развитии страны при сохранении многих феодальных пережитков.

Конституция Никиты Муравьева
Никита Муравьев имел блестящие исторические познания. Он доказывает, что конституция должна быть монархической. Конституция Никиты Муравьева использовала опыт Западной Европы. Но она являлась плодом самостоятельного политического творчества на основе переработки западноевропейского и американского политического опыта и применения его к ...

Активизация левых и демократических сил в остальных странах Латинской Америки во второй половине 50-х – первой половине 60-х годов
Несмотря на успехи индустриализации в 30–50-е годы, сохранялось подчиненное, периферийное положение стран Латинской Америки в мировом хозяйстве как поставщиков аграрно-сырьевых товаров. Начавшееся в 50-е годы неуклонное падение цен на эти товары на мировом рынке болезненно отразилось на экономике стран региона, усилив проявления кризиса ...

Путь России к капитализму в ХІХ веке
В XIX век Россия вступила как самодержавное госу­дарство с феодально-крепостнической системой хозяйства. Если по численности населения, военной мощи Россия, без­условно, была первой державой Европы, то структура ее экономики была архаичной. Лишь 5 % помещичьих хозяйств применяли рациональные формы хозяйствования: много­польный севооборо ...