А.Д. Градовский о социализме и социалистах
Страница 1

Усиление социалистических тенденций в русском общественном движении, весьма заметное к концу 70-х. годов, заставило либерального профессора специально обратиться к проблемам социализма, его перспективам в России. В начале 1879 г. в №1 «Русской речи» публикуется статья Градовского «Социализм на Западе Европы и в России». Растянувшаяся на три месяца – с января по март публикация завершилась накануне покушения А.К. Соловьева на Александра II – 2 апреля. Далее события в революционной среде развивались стремительно, приведя в августе к созданию «Народной воли». Выдвигая столь близкие российским либералам требования гражданских свобод, созыва Учредительного собрания, эта самая крупная революционная организация объявляла целью борьбы – социализм. www.keepbanks.ru

Ко времени появления названной статьи Градовского была создана уже достаточно обширная антисоциалистическая литература – преимущественно охранительного направления – от антинигилистичсских романов до публицистики. Однако статья Градовского в нее не вписывалась, находясь особняком. В отличие от своих предшественников, автор обнаруживает серьезное знакомство с социалистической литературой, свободно ориентируясь среди ее течений. Не в пример писавшим о социалистах в «Русском вестнике» или «Гражданине», он весьма точно их цитирует. Градовский, по сути, дает едва ли не первый в русской печати обзор социалистической мысли от французских утопистов-социалистов до немецкой социал-демократии, уделив внимание и социалистам России. Мелькают имена Прудона и К. Маркса, А. Бебеля и К. Либкнехта, Бакунина, Лаврова, Ткачева. В отличие от «обличительной» литературы изданий Каткова или Мещерского, где все они выступали как анархисты, разрушители и ниспровергатели, Градовский останавливается на различиях в их программах. Дает представление и о критике социализма в европейской печати – консервативной и либеральной – сам во многом на нее же опираясь.

В социалистах Градовский видит людей, оторвавшихся от родной почвы, оказавшихся под чужим знаменем. Это близко консервативной критике социализма. Однако Градовский отказывается считать причиной этого отрыва реформы, которые якобы эту почву подорвали, нарушив естественноисторическое развитие страны. Либеральный публицист настаивает, что именно приостановление реформ, парализованных в самом начале, внесло смуту в общество, в котором не оказалось сколько-нибудь законченных и цельных теорий, способных противостоять социализму. Тем самым Градовский не только признал несостоятельность официальной идеологии, но и неспособность либерализма удовлетворить запросы молодежи и интеллигенции.

Образ русской смуты на рубеже 1870–1880-х гг. в публицистике Градовского запечатлен ярко и достоверно. Неотъемлемой частью «хаотического положения» стала социалистическая пропаганда, отражавшая общественное недовольство, его использовавшая и усиливавшая. «Общество слышит от подпольных деятелей обвинение в эксплуатации «народа», выслушивает слова ненависти, обращенные к нему наряду с европейской «буржуазией», безмолвно принимает угрозы, что его достояние будет вырвано у него «вместе с жизнью». Оно знает и чувствует очень хорошо, что от исполнения революционных планов пострадают прежде всего его интересы – недаром эта партия называется «социальной» и лозунгом своим избрала «передел земли» и отмену капиталистического производства. И вот громадная империя должна обратить внимание на незримого и неуловимого врага, затаившегося в ее недрах».

Социализм отталкивает Градовского прежде всего революционным способом переустройства старого мира, своими разрушительными тенденциями. Не приемлет профессор и пропаганды вседозволенности, освобождающей от принципов общечеловеческой морали как от неких «предрассудков». Правда, отсутствие нравственных преград в революционной борьбе он не совсем правомерно распространяет на все революционно-народническое движение, подтверждая это цитатами из «Катехизиса революционера». Вслед за Достоевским либеральный мыслитель ставит вопрос о соотношении цели и средств, напоминая, что самые прогрессивные идеалы были погублены, будучи залиты кровью. При этом Градовский вовсе не отрицает закономерности и исторического смысла революций вообще: «Революционные движения имеют практический успех лишь настолько, насколько они содействуют устранению отживших форм, и всегда терпят крушение в попытках «радикального» пересоздания общественного порядка». Он убежден, что «история не заставляет человечество начинать с начала свое развитие», возражая тем самым революционным программам и прокламациям, где строительство нового мира предполагалось на расчищенном пепелище старого.

Градовский весьма дельно разбирает экономические идеи социалистических учений, показывая, что общество, построенное на принципах уравнительности в труде и распределении, не даст роста производительных сил – все в нем будут одинаково бедны. Сделав общими труд и собственность, социализм делает общею и личность. Нормальное развитие возможно лишь, если человек находит опору в своей индивидуальности, собственности, семье, – но всего этого и лишает социализм.

Страницы: 1 2

Конец реформ, конец “Народной воли”.
Совет министров собрался только 8 марта. Председательствовал новый император Александр III. Многим казалось, что раз покойный император одобрил доклад Лорис-Меликова, то обсуждение в Совете министров — простая формальность. Но Александр III сказал, что “вопрос не следует считать предрешенным”. Высказывались мнения за и против. Чаши весо ...

Судебная реформа
Структуру дореформенной судебной системы составляли разнообразные исторически сложившиеся органы, делавшие ее сложной и запутанной. Старый дореформенный суд особо противоречил потребностям буржуазного развития страны. Во-первых, суд находился в полной зависимости от администрации, которая вмешивалась в решения судебных дел, носил сугубо ...

Положение России до воцарения Михаила Романова
XVII в. открыл собою новый период всемирной истории. В передовых странах Европы - Нидерландах и Англии - произошли буржуазные революции, положившие конец эпохи средневековья. В 1584 г. Иван Грозный в возрасте 54 лет умер. Царь умирал в тяжелейших физических муках, но сильнее физических были муки душевные: 7 раз он женился, но достойног ...