Социалистические идеи, безусловно, нашли определенный отклик в рабочей среде, о чем свидетельствовал рост численности революционных организаций, образование ячеек РСДРП на предприятиях, рабочих боевых дружин. Независимо от готовности основной массы фабричных принять конечные цели революционеров, идеи классовой солидарности в борьбе за общие интересы пустили глубокие корни в сознании ярославцев.

В период спада революционной волны протестная активность ярославских пролетариев заметно пошла на убыль, сменившись апатией и разочарованием. В 1910-м бюллетень Ярославского комитета РСДРП уже отчаянно призывал рабочих «опомниться»: «Вы не только боитесь сказать резкое слово правды, но затыкаете уши, когда это слово говорят другие. Страх наполняет всю вашу жизнь, из-за него вы готовы отречься от всего, что не угодно полиции и вашим хозяевам»[12]. Однако полное возвращение к патриархальным порядкам, царившим до 1905 года, было уже невозможно.

В годы Первой мировой войны структура ярославской промышленности претерпела серьезные изменения, связанные с милитаризацией экономики, ее переориентацией на военные нужды. «В Ярославской губернии сократилось производство строительных материалов, свинцовых белил, фарфоровых и других, не связанных со снабжением фронта изделий. Из-за нехватки зерна сокращалась мукомольная промышленность. В то же время расширяли производство отрасли, работающие на войну, и, прежде всего, металлообработка. Удельный вес рабочих-металлистов вырос с 8,6% в 1913 г. до 17,2% в 1916 г. В губернии началось строительство двух автомобильных и одного авиационного завода. Сюда из прифронтовых районов эвакуировались 22 предприятия, в том числе 5 металлообрабатывающих. Общая численность фабрично-заводских рабочих увеличилась с 43, 4 тыс. в 1913 г. до 50, 2 тыс. в 1916 г. Усилилась и концентрация: на крупных предприятиях (500 и более рабочих) было занято 68,5% всех работающих в промышленности (в 1913 г. – 63,2%)»[13]. Изменился и поло-возрастной состав ярославского пролетариата: «Большинство кадровых рабочих-мужчин оказались мобилизованными в армию, и на их место приходили женщины и подростки, составившие в 1916 г. 64,1% рабочих»[14].

События 1917 и, особенно, 1918 гг. наглядно показали неустойчивость политических симпатий ярославских трудящихся, а зачастую и прямо антибольшевистский характер их предпочтений. Даже авторы тенденциозных «Очерков истории Ярославской организации КПСС» приводят данные, которые говорят о превалирующем влиянии меньшевиков и эсеров на рабочую массу, причем не только в первые послефевральские месяцы (что соответствовало общероссийским тенденциям), но и осенью 1917 года. Кто составлял социальную опору октябрьского переворота в Ярославле, определенно показывают результаты перевыборов в местный Совет рабочих (сентябрь-октябрь 1917 г.): в новый состав вошло 36 большевиков против 16 в прежнем совете. Но перевес сохранялся за меньшевиками и эсерами (67 депутатов). В солдатском совете, напротив, преобладали большевики. «Таким образом, - пишут авторы «Очерков», - в целом в Ярославском Совете рабочих и солдатских депутатов из 250 мест большевикам принадлежало 111, меньшевикам и эсерам – 82 и остальным (беспартийным и представителям других партий) – 57»[15]. Однако это явное искажение истины, поскольку объединение рабочего и солдатского советов произошло лишь 2-4 ноября 1917 г.

Именно давление со стороны солдат (только в Ярославле их было расквартировано 36 тыс. чел.) обеспечило переход власти в городе и губернии к советам при выжидательном, а в отдельных случаях и враждебном отношении со стороны рабочих (в частности, променьшевистски настроенный профсоюз наборщиков отказался печатать большевистские материалы). Тем не менее, говорить о неприятии ярославскими рабочими октябрьского переворота и большевистских идей нельзя. Скорее имела место неопределенность политических пристрастий (ведь еще весной большевистская и меньшевистская организации в городе были едины). Разница между различными социалистическими партиями была ясна не желавшим воевать солдатам, в то время как рабочие в массе своей еще не сделали выбор.

Лжедмитрий I
Русский царь-самозванец (1605—1606) В1601 году объявился в Польше под именем сына Ивана IV— Дмитрия. Ранние жизнеописания изображали юного Отрепьева беспутным негодяем. Юрий поступил на службу к Михаилу Романову. Но после гнета обрушившегося на Романовых, вынужден был отправиться в монастырь, где стал Григорием. Григорий был очень мол ...

Социальный портрет Российской деревни.
Удельный вес крепостных крестьян в начале века составлял 40% по отношению ко всему населению страны. В разных регионах страны соотношение барщины и оброка было различным, поскольку оно зависело от экономической характеристики губернии. Так, в центральном районе, где был высок уровень промысловых занятий крестьян, большое распространение ...

Гражданская война на Урале. Революция 1917 года на Урале Приход большевиков к власти
Февральскую революцию 1917 года часто называют „телеграфной” и в этом есть доля истины. При получении известий о событиях в Петрограде в большинстве губерний в России так же признавалась новая власть. На Урале большинство царских губернаторов и лиц из их окружения без всякого сопротивления дали себя арестовать. Их место заняли земские д ...