Социалистические идеи, безусловно, нашли определенный отклик в рабочей среде, о чем свидетельствовал рост численности революционных организаций, образование ячеек РСДРП на предприятиях, рабочих боевых дружин. Независимо от готовности основной массы фабричных принять конечные цели революционеров, идеи классовой солидарности в борьбе за общие интересы пустили глубокие корни в сознании ярославцев.

В период спада революционной волны протестная активность ярославских пролетариев заметно пошла на убыль, сменившись апатией и разочарованием. В 1910-м бюллетень Ярославского комитета РСДРП уже отчаянно призывал рабочих «опомниться»: «Вы не только боитесь сказать резкое слово правды, но затыкаете уши, когда это слово говорят другие. Страх наполняет всю вашу жизнь, из-за него вы готовы отречься от всего, что не угодно полиции и вашим хозяевам»[12]. Однако полное возвращение к патриархальным порядкам, царившим до 1905 года, было уже невозможно.

В годы Первой мировой войны структура ярославской промышленности претерпела серьезные изменения, связанные с милитаризацией экономики, ее переориентацией на военные нужды. «В Ярославской губернии сократилось производство строительных материалов, свинцовых белил, фарфоровых и других, не связанных со снабжением фронта изделий. Из-за нехватки зерна сокращалась мукомольная промышленность. В то же время расширяли производство отрасли, работающие на войну, и, прежде всего, металлообработка. Удельный вес рабочих-металлистов вырос с 8,6% в 1913 г. до 17,2% в 1916 г. В губернии началось строительство двух автомобильных и одного авиационного завода. Сюда из прифронтовых районов эвакуировались 22 предприятия, в том числе 5 металлообрабатывающих. Общая численность фабрично-заводских рабочих увеличилась с 43, 4 тыс. в 1913 г. до 50, 2 тыс. в 1916 г. Усилилась и концентрация: на крупных предприятиях (500 и более рабочих) было занято 68,5% всех работающих в промышленности (в 1913 г. – 63,2%)»[13]. Изменился и поло-возрастной состав ярославского пролетариата: «Большинство кадровых рабочих-мужчин оказались мобилизованными в армию, и на их место приходили женщины и подростки, составившие в 1916 г. 64,1% рабочих»[14].

События 1917 и, особенно, 1918 гг. наглядно показали неустойчивость политических симпатий ярославских трудящихся, а зачастую и прямо антибольшевистский характер их предпочтений. Даже авторы тенденциозных «Очерков истории Ярославской организации КПСС» приводят данные, которые говорят о превалирующем влиянии меньшевиков и эсеров на рабочую массу, причем не только в первые послефевральские месяцы (что соответствовало общероссийским тенденциям), но и осенью 1917 года. Кто составлял социальную опору октябрьского переворота в Ярославле, определенно показывают результаты перевыборов в местный Совет рабочих (сентябрь-октябрь 1917 г.): в новый состав вошло 36 большевиков против 16 в прежнем совете. Но перевес сохранялся за меньшевиками и эсерами (67 депутатов). В солдатском совете, напротив, преобладали большевики. «Таким образом, - пишут авторы «Очерков», - в целом в Ярославском Совете рабочих и солдатских депутатов из 250 мест большевикам принадлежало 111, меньшевикам и эсерам – 82 и остальным (беспартийным и представителям других партий) – 57»[15]. Однако это явное искажение истины, поскольку объединение рабочего и солдатского советов произошло лишь 2-4 ноября 1917 г.

Именно давление со стороны солдат (только в Ярославле их было расквартировано 36 тыс. чел.) обеспечило переход власти в городе и губернии к советам при выжидательном, а в отдельных случаях и враждебном отношении со стороны рабочих (в частности, променьшевистски настроенный профсоюз наборщиков отказался печатать большевистские материалы). Тем не менее, говорить о неприятии ярославскими рабочими октябрьского переворота и большевистских идей нельзя. Скорее имела место неопределенность политических пристрастий (ведь еще весной большевистская и меньшевистская организации в городе были едины). Разница между различными социалистическими партиями была ясна не желавшим воевать солдатам, в то время как рабочие в массе своей еще не сделали выбор.

Исторические личности. Осиновик
Происхождение неизвестно, однако, видимо, принадлежал к казакам или «показачившимся» крестьянам. Появился в Астрахани в 1607 или 1608 гг., выдал себя за никогда не существовавшего царевича Ивана от старшего сына Грозного. Вместе с Августом и Лаврентием принимал участие в битве при Саратове, был, видимо, обвинен в поражении и повешен каз ...

Заключение.
Историческое значение деятельности Екатерины II определяется довольно легко на основании того, что было сказано нами об отдельных сторонах екатерининской политики. Екатерина II, несомненно, была одаренным государственным деятелем, обладала обширными познаниями и литературным даром (писала пьесы, стать, издавала журнал "Всякая всяч ...

Внешняя политика России в начале ΧVІІІ века. Северная война
После возвращения Великого посольства из Европы, где не удалось заручиться поддержкой в возможной войне против Турции, у Петра I появились крупные сомнения в перспективности дальнейшей борьбы на черноморском направлении. Создается антишведская коалиция - Северный союз в составе России, Саксонии, Польши и Дании. Ни Франция, ни Англия и Г ...