В современных публикациях российских обществоведов можно встретить синтезированные, усложненные дефиниции, сформулированные с учетом традиции и сегодняшних приоритетов. А. Малашенко писал следующее: «Цивилизация, в нашей трактовке, есть совокупность отношений между людьми одной конфессии, а также между индивидом и государством, сакрализованные религиозной или идеологической доктриной, которая обеспечивает стабильность и длительность в историческом времени фундаментальных нормативов индивидуального и общественного поведения». Эти примеры свидетельствуют, что попытки определить базовую категорию цивилизационного подхода идут в одном направлении: цивилизация - это сложная общественная система.

Что представляют собой факторы, определяющие существо цивилизации, ее неповторимое своеобразие? Определялись они по-разному. Наиболее часто выделяли следующее: географическая (или природная) среда; система ведения хозяйства; социальная организация, религия (духовные ценности); политическая система; ментальность; особенности эпохи, в которой цивилизация существует.

На одно из первых мест в этом списке в последнее время выдвигается ментальность (менталитет). Это понятие используется разными общественными науками: психологией, социологией, философией. Пионерами в применении этого понятия в истории стали французские ученые, принадлежавшие к школе «Анналов». Они ориентировались на поиск фундаментальных устойчивых структур сознания, которые, по их мнению, определяли стержень исторического развития. Единого общепринятого определения понятия ментальность (менталитет) не существует. Во французском философском словаре записана «Менталитет - это совокупность умственных установок, привычек мышления, фундаментальных верований индивида».

В отечественной исторической науке первым попытался сформулировать понятие ментальности А. Я. Гуревич, который является страстным пропагандистом традиций школы «Анналов» в России: «Ментальность - это наличие у людей того или иного общества определенного общего умственного инструментария, психологической оснастки, которая дает им возможность по-своему воспринимать и осознавать мир и самих себя. Как видно, французское определение делает упор на индивидуальность. В определении А. Я. Гуревича идет речь об общественном сознании. В силу этого последнее определение в исторических описаниях является более предпочтительным, т.к. история имеет дело прежде всего с общественными системами.

Ментальность, при всей кажущейся эфемерности категории, формирует социальное поведение общества, групп, индивидов. А. Я. Гуревич писал: «Хаотичный и разнородный поток восприятий перерабатывается сознанием в более или менее упорядоченную картину мира, и это мировидение налагает неизгладимый отпечаток на все поведение человека. Субъективная сторона исторического процесса, способ мышления и чувствования, присущий людям данной социальной или культурной общности, включается в объективный процесс их истории». В более широком историческом контексте понятие ментальности адекватно понятию «общественное сознание и его особенности». Чтобы понять сущность цивилизации, надо реконструировать присущий людям этой цивилизации способ восприятия действительности, т.е. менталитет. Исчезновение цивилизаций, возникновение новых вызвано не столько развитием производительных сил, сколько изменениями в ментальности, в системе основополагающих ценностей и идеалов. Человек и его миропонимание первооснова всего. Он - начало и конец земного мира.

Таким образом, механизм жизнедеятельности цивилизации определяется целым комплексом факторов. Как видно, при цивилизационном подходе в центре исторического процесса - человек с особенностями его менталитета, сложными взаимосвязями с обществом и общество как саморазвивающаяся система. Это позволяет освободиться от жесткой привязки любых исторических явлений к экономическому интересу, способу производства, характерному для марксизма-ленинизма.

Книга II. Введение
Вторая книга “Московии” гораздо более обширна по объему, чем первая, и состоит из 19 отдельных глав. Если в первом “комментарии” Поссевино в основном освещает вопросы религии и намечает планы идеологического наступления на Россию, то вторая книга посвящена описанию самой Московии, ее внешней и внутренней политики, городов, крепостей, о ...

Берия после смерти Сталина
После сообщения о смерти Сталина, Советский Союз залился слезами. Кто-то откровенно скорбел и с опаской думал о безнадежной будущей судьбе народа, который потерял заботливого и мудрого отца. Кто-то плакал от счастья и надежды встретится со своими близкими, которых потерял в круговороте чисток. Народ стоял в огромных очередях перед Колон ...

Теоретики либерализма о положении и перспективах дворянства и крестьянства в пореформенной России. К.Д. Кавелин о положении и перспективах дворянства и крестьянства в пореформенной России
Судьбам русского дворянства в связи с крестьянской реформой была посвящена брошюра К.Д. Кавелина «Дворянство и освобождение крестьян» (1862 г.). Кавелин признавал в ней, что реформа повергла дворянство в жалкое состояние как в экономическом, так и в моральном отношении. Материально расстроенное, озлобленное против правительства большинс ...