История » Ленин - покушение и последние годы » Последние годы (1922-1924 гг.)

Последние годы (1922-1924 гг.)
Страница 1

23 апреля 1920 г. Московский комитет партии Пятидесятилетие организовал торжественное собрание в честь дня рождения Ленина. Зал был полон. Каза­лось, выступлениям не будет конца .

В своей обычной академической манере докладывал собрав­шимся Лев Борисович Каменев—старый соратник Ильича, хо­тя и часто с ним споривший, а иной раз и расходившийся. Ленин, говорил Лев Борисович, это человек, который «неодно­кратно оставался один, человек, который неоднократно объяв­лялся сектантом, раскольником, который неоднократно видел, что он как будто оказывается в стороне от широкой историче­ской дороги. И вдруг выяснялось, что эта широкая историче­ская дорога пролетариата лежит там, где стоит Ленин».

Горький сравнил Ленина с Христофором Колумбом. Через несколь­ко недель Горький напишет о Ленине очерк, в котором будут такие слова: «Я начал свою работу возбудителя революцион­ного настроения славой безумству храбрых. Был момент, когда естественная жалость к народу России заставляла меня считать безумие большевиков почти преступлением. Но теперь, когда я вижу, что этот народ гораздо лучше умеет терпеливо страдать, .чем сознательно и честно работать, я снова пою славу свя­щенному безумству храбрых. Из них же Владимир Ленин — первый и самый безумный».

Блистал парадоксами один из лучших ораторов партии — Луначарский: «Если спросить кого-либо из нейтральных людей, как он представляет себе Ленина, он скажет: Ленин—мате­риалист, человек-практик, человек без иллюзий, человек в практической борьбе жестокий, не останавливающийся ни перед чем, человек хитрый . Между тем, кто знает Ленина ближе, тот должен сказать, что редко когда земля носила на себе такого идеалиста. О своем идеале, о своей слепой вере в человека, о своей бесконечной любви к человеку Владимир Ильич никогда не говорит».

Среди выступавших был и Сталин. Он отметил одну черту, «о которой никто еще не сказал, это скромность товарища Ленина и его мужество признать свои ошибки». Завершая свою краткую речь, Сталин вспомнил осень 1917 г. «Нам казалось, что все овражки, ямы и ухабы на нашем пути нам, практикам, виднее. Но Ильич велик, он не боится ни ям, ни ухабов, ни ов­рагов . Он говорит: «Встань и иди прямо к цели». Мы же, практики, считали, что невыгодно тогда так было действовать, что надо обойти преграды . И несмотря на все требования Иль­ича, мы не послушали его, пошли дальше по пути укрепления Советов и довели дело до съезда Советов 25 октября, до успеш­ного восстания. Ильич был уже тогда в Петрограде. Улы­баясь ., он сказал: «Да, вы, пожалуй, были правы». Это опять нас поразило. Товарищ Ленин не боялся признать свои ошиб­ки. Эта скромность и мужество особенно нас пленяли». В зале захлопали.

Наконец, на сцене Ленин. Он только что приехал: «Должен поблагодарить за две вещи: во-первых, за те приветствия, ко­торые сегодня по моему адресу были направлены, а, во-вторых, еще больше за то, что меня избавили от выслушивания юби­лейных речей». И, желая прекратить поток славословия, Ленин заговорил о партии. «Наша партия может теперь, пожалуй, по­пасть в очень опасное положение . человека, который зазнался Это положение довольно глупое, позорное и смешное. Известно, что неудачам и упадку политических партий очень часто пред­шествовало такое состояние, в котором эти партии имели воз­можность зазнаться . Главные трудности еще не могли быть нами решены . Позвольте мне закончить пожеланиям, чтобы мы; никоим образом не поставили нашу партию в положение за­знавшейся партии».[14]

Точно установить, с какого момента Владимир Ильич заболел, трудно, но что болезнь началась раньше марта 1922 года - на это есть некоторые доказательства. По крайней мере люди, близко к нему стоявшие, говорили, что временами Владимир Ильич жаловался на небольшое недомогание, а иногда были и более серьезные признаки, заставлявшие задуматься. Партийная цензура не пропустила бы никогда более подробных сведений. Но удалось, совершенно случайно, обнаружить нужные сведения в воспоминаниях младшего брата Ленина, Дмитрия Ильича.

"По официальным данным, Владимир Ильич заболел в 1922 году, но он рассказывал мне осенью 1921 года, что он хочет жить в Горках, так как у него появились три такие штуки: головная боль, при этом иногда и по утрам головная боль, чего у него раньше не было. Потом бессонница, но бессонница бывала у него и раньше. Потом нежелание работать. Это на него было совсем не похоже . Бессонница у него всегда бывала, он и за границей жаловался, а вот такая вещь, как нежелание работать, - это было новым".) "С марта 1922 года начались такие явления, которые привлекли внимание окружающих. Выразились они в том, что у него появились частые припадки, заключавшиеся в кратковременной потере сознания с онемением правой стороны тела. Эти припадки повторялись часто, до двух раз в неделю, но не были слишком продолжительными – от 20 минут до двух часов. Иногда припадки захватывали его на ходу, и были случаи, что он падал, а затем припадок проходил (выделено мной. - ), через некоторое время восстанавливалась речь, и он продолжал свою деятельность".[15]

Страницы: 1 2 3 4 5 6

Народовцы и москвофилы
На западноукраинских землях под властью Австро-Венгерской империи движение народных масс за развитие украинской культуры и просвещения, родного языка пытались возглавить так называемые народовцы. Широкое освободительное движение трудящихся они старались направить в ограниченное русло узко культурнической работы. Едва народовцы в 1890 г. ...

Индустриализация и коллективизация в Украине: ход и последствия.
Отказ от новой экономической политики означал серьезный поворот в первую очередь во внутренней политике большевиков. Они избирают курс на „ускоренное социалистическое строительство”, и именно политика „социалистической индустриализации” должна была принести успех сталинскому курсу „великой перестройки”. „Мы отстали от передовых стран на ...

«Новые османы»
Постепенно в некоторых кругах турецкого общества стала зреть недовольство правящими кругами. Чаще всего непосредственными виновником создавшегося положения эти люди считали турецкого султана. Выразителем этого смутного на первых порах недовольства, явилась турецкая интеллигенция феодально-бюрократическая по своему происхождению. Зачатки ...