Надежда Константиновна тогда ничего не сказала Ильичу— в ночь с 22 на 23 последовал второй удар. Паралич. Понимая реальность угрозы смерти, Владимир Ильич просит врачей раз­решить ему продиктовать в течение 5 минут письмо к съезду. Он начинает последнее сражение—диктует свое завещание партии.

Он начал с опасности раскола между "двумя классами" - рабочими и трудовым крестьянством, на чей союз опиралась деятельность партии. Но эту опасность он видел в отдаленном будущем. В "ближайшем будущем" он предвидел угрозу раскола между членами Центрального Ко­митета; большую опасность такого раскола он видел в отноше­ниях, которые служились между Сталиным и Троцким. Ста­лин, по его словам, "сосредоточил в своих руках необъятную власть"; Ленин не был уверен, сумеет ли Сталин "всегда до­статочно осторожно пользоваться этой властью". Троцкий, который был "самый способный человек в нынешнем ЦК", проявлял "чрезмерную самоуверенность и чрезмерное увле­чение чисто административной стороной дела". Другие веду­щие фигуры в Центральном Комитете также не избежали кри­тики. Зиновьеву и Каменеву он припомнил их сомнения в решающий момент октября 1917 года, что, конечно, не явля­лось случайность, но этот эпизод "также мало может быть ставим им в вину лично, как небольшевизм Троцкому". "Бу­харин не только крупнейший, ценнейший теоретик партии", но "он никогда не понимал вполне диалектики", и его взгля­ды "с очень большим сомнением могут быть отнесены к впол­не марксистским"". Это было явно неожиданное суждение о человеке, чьи книги "Азбука коммунизма", написанная в соавторстве с Преображенским, и "Теория исторического материализма" были в то время широко известными партийны­ми учебниками. Но каким бы ни было суждение Ленина о недостатках коллег, единственное, что он смог рекомендо­вать в своем "завещании", - это расширить состав Централь­ного Комитета до 50, до 100 человек; но это вряд ли помогло бы делу.

Осенью 1922 года внимание Ленина привлекли события в Грузии, где включение Грузинской республики в состав СССР вызвало сильнейшее сопротивление со стороны ЦК Грузии. В сентябре в Грузии побывала комиссия, возглав­ляемая Дзержинским; она вернулась в Москву, привезя с собой двух заупрямившихся руководителей. В этот мо­мент через голову Сталина, который занимался этим во­просом, вмешался Ленин; он полагал, что добился компро­мисса. Но он не следил за ходом событий, и отношения с грузинами вновь осложнились. Теперь в Тифлис отправил­ся Орджоникидзе; после яростной борьбы он удалил мя­тежных руководителей и заставил ЦК Грузии принять пред­ложения Сталина. Через несколько дней после того, как было продиктовано "Письмо к съезду", Ленин, непонятно по каким мотивам, вернулся к грузинскому вопросу. Он продиктовал меморандум, в котором признавался, что "силь­но виноват перед рабочими России" в том, что не смог эффек­тивно вмешаться в ход событий на более раннем их этапе. Он осудил недавние события как пример "великорусского шовинизма", упомянул "торопливость и администраторское увлечение Сталина" и подверг его, Дзержинского и Орджо­никидзе жесточайшей критике. Затем 4 января 1923г. опять прорвалось его недоверие к Сталину, и он добавил к своему "завещанию" постскриптум. Сталин, утверждал Ленин, "слишком груб". Поэтому Ленин предлагал "товарищам обдумать способ перемещения Сталина с этого места и на­значить на это место другого человека, который во всех отношениях отличается от тов. Сталина только одним пере­весом, именно, более терпим, более лоялен, более вежлив и более внимателен к товарищам, меньше капризности и т.д." Поясняя причину этой своей рекомендации, он вновь упомянул об угрозе раскола и "о взаимоотношениях Ста­лина и Троцкого".[19]

Комната Ленина в кремлевской квартире Ульяновых была самая маленькая, похожа на пе­нал, да к тому же еще и проходная. Она ста­ла похожа на лазарет. Запах лекарств, полумрак, который всег­да был так ненавистен Ильичу. Неподвижность. Врачи отказа­лись дать разрешение на дальнейшие диктовки. Тогда Влади­мир Ильич поставил ультиматум: или ему разрешат диктовать его «дневник», или он совсем отказывается лечиться. Медицин­ский вопрос превратился в политический.

Либеральные реформы в Англии в начале XX в. Д.Ллойд-Джордж.
В 1901 г. скончалась королева Виктория. Три поколения британцев родились, а многие из них и умерли в ее царствование. Королева стала символом целой эпохи, ее образ ассоциировался с величием и могуществом империи. Она олицетворяла для англичан прочность и устойчивость Великобритании, верность ее традициям. Англия вступила в XX в. в сост ...

Битва при Мутине. Разгром претора Гая Кассия
И так Спартаковское войско идёт к Альпам. А навстречу ему выдвинулся Кассий претор Цезальтийской Галлии – область на севере Италии между рекой Погая и Альпами. В бою под Мутиной. Под командованием Кассия было десятитысячное войско по данным Плутарха. Спартак разбил и его. Сам Кассий "едва спаса бегством" (Плутарх). Путь через ...

Военное искусство Спартака. Стратегия и тактика. Заговор гладиаторов. Побег из гладиаторской школы Лентула Батиата в Катуе
Прежде чем перейти к главному вопросу нашего исследования – военного искусства Спартака – предводителя повстанческой армии рабов и гладиаторов, необходимо выяснить, кто же он такой этот Спартак? Так сказать установить, насколько это возможно, его личность. Что же мы знаем о нём? Приведём для начала несколько высказываний античных авторо ...